«-Сегодня человек, на наш взгляд, по преимуществу не знает, что такое человек. Это может произойти, когда человек живет только во внешнем мире и внутренне не стремится познать себя, ни даже предпринять попыток исследования. Внутренняя работа у многих отошла на задний план, а у многих вообще прекратилась. Вы замечали это? Что Вы могли бы сказать об этом состоянии современного общества?

Мне кажется, что мы как люди, задумывающиеся об этом, всегда находимся в проигрышном стоянии, потому что 99% человечества всегда выбирает еду, питье, простые удовлетворения желаний и ничего, связанного с человеческим им, в общем-то, и не надо. Но так было всегда. Насколько я помню, какой-то журналист времен второй династии Рамессидов, то есть где-то 1800 лет до нашей эры, писал: «куда все катится, молодежь не та, нравы распадаются». Так было всегда. Но каким-то чудесным образом всегда культура спасается. Есть люди, может один на поколение, который думает об этом и думает, что он один. Но потом проходит время, выясняется, что где-то в другой стране тоже кто-то думал об этом, что есть какая-то сеть людей все время в человечестве, которая не позволяет огню затухнуть, но даже если он затухнет, он вспыхнет опять потому, что мы говорим о Господнем мире. А Господь на произвол случая ничего никогда не оставляет. Человек может чувствовать себя покинутым, и чувствовать, что он борется с силами, которые ему абсолютно не по силам, но до тех пор, пока мы делаем хоть что-то… Ничего не можешь сделать, хорошо, просвети, научи грамоте одного ребенка, хотя бы что-то. И если что-то передашь, то вдруг выяснится, что здесь, здесь, здесь, все время что-то происходит. В итоге, ба-бах – и не пропало ничего. И так происходит всю историю человечества.»

Отывок из интервью с Борисом Гребенщиковым.

Полная версия тут.

   если что, то идите покупать билеты в КЕЙ, там сидит прекрасный дяденька-билетёр, который назовёт вас «милая девушка» (если вы, конечно, девушка).

«Отец яблок
Пристально смотрит в цветущий сад;
Странный взгляд.
Отцу яблок
Слышно движенье корней во сне.
Зимы к весне;
Его любви здесь нет.
Его любви минус пятнадцать лет.
Она ждет за ветхим крылом,
За темным стеклом
И ей бесконечно странно.

Отец яблок
Явственно слышит родную речь;
Все здесь.
Отец яблок
Просит присяжных занять места
И скромно сесть.
Моя любовь проста.
Мою любовь видит один из ста -
Она ждет
За долгой зимой
Рядом со мной -
И нам бесконечно странно.»

 

ПРОГУЛЯТЬСЯ

«У всех самолетов по два крыла,
А у меня одно;
У всех людей даль светлым-светла,
А у меня темно;
Гости давно собрались за стол -
Я все где-то брожу,
И где я - знает один лишь Тот,
Кто Сторожит Баржу.»

 

   в моём эльфийском королевстве сплошь просветлённые, маги, волшебники, ну, или как минимум, читающие карму, мысли и отпечатки пальцев, а так же тантристы, сыроеды и восемь тысяч питающихся святым духом. Иногда мне думается. что может быть эти персонажи существуют лишь в моём воображении, спасает лишь то, что у некоторых всё-таки есть блоги, и какие-то адреса, на которые уходят или с которых приходят посылки. Посылки и интернет-дневники вижу не только я, из чего следует, что не всё так запущено, как могло бы быть))).

«В каждой душе есть игла востра,
Режет аж до кости;
В каждом порту меня ждет сестра,
Хочет меня спасти -
А я схожу на берег пень-пнем
И на них не гляжу,
И надо мной держит черный плащ
Тот, Кто Сторожит Баржу.

Я был рыцарем в цирке,
Я был святым в кино;
Я хотел стать водой для тебя -
Меня превратили в вино.
Я прочел это в книге,
И это читать смешно:
Как будто бы все это с кем-то другим,
Давным-давным-давно...»

 

   альтер-эго скулит и канючит, требует шубу, кольцо и замуж или на крайняк развить умение предсказывать погоду и пробки на дорогах. Ты — никто! Мы все умрём! Мы всё умрём! надо срочно что-то делать, а! У!!! Но я не могу в это верить всерьёз, так же как и не могу не верить совсем. Мы непременно умрём))).

— Чем больше я живу, тем более становлюсь уверенным, что Бога нет! ... — Почему ты молчишь?

— Я не могу убедить тебя в обратном, находясь в отделе канцтоваров.

«А тот, кто сторожит баржу, спесив
И вообще не святой;
Но тот, кто сторожит баржу, красив
Неземной красотой.
И вот мы плывем через это бытье,
Как радужный бес в ребро -
Но, говорят, что таким, как мы,
Таможня Дает Добро.

 

Когда отряд въехал в город, было время людской доброты
Население ушло в отпуск, на площади томились цветы.
Все было неестественно мирно, как в кино, когда ждет западня.
Часы на башне давно били полдень какого-то прошедшего дня.

Капитан Воронин жевал травинку и задумчиво смотрел вокруг.
Он знал, что все видят отраженье в стекле и все слышат неестественный стук.
Но люди верили ему, как отцу, они знали, кто все должен решить.
Он был известен как тот, кто никогда не спешит, когда некуда больше спешить

Я помню, кто вызвался первым, я скажу вам их имена.
Матрос Егор Трубников и индеец Острие Бревна
Третий был без имени, но со стажем в полторы тыщи лет
И прищурившись, как Клинт Иствуд, капитан Воронин смотрел им вслед

Ждать пришлось не долго, не дольше, чем зимой ждать весны
Плохие новости скачут как блохи, а хорошие и так ясны.
И когда показалось облако пыли - там, где расступались дома,
Дед Василий сказал до конца охренев: "Наконец-то мы сошли с ума."

Приехавший соскочил с коня, пошатнулся и упал назад
Его подвели к капитану, и вдруг стало видно, что Воронин был рад
Приехавший сказал: "О том, что я видел, я мог бы говорить целый год,
Суть в том, что никто, кроме нас, не знал, где здесь выход, и даже мы не знали, где вход."

На каждого, кто пляшет русалочьи пляски, есть тот, кто идет по воде.
Каждый человек он, как дерево, он отсюда и больше нигде
А если дерево растет, то оно растет вверх, и никто не волен это менять.
Луна и солнце не враждуют на небе, и теперь я могу их понять.

Наверное, только птицы в небе и рыбы в море знают, кто прав.
Но мы знаем, что о главном не пишут в газетах, и о главном молчит телеграф
И может быть, город назывался Маль-Пасо, а может быть - Матренин Посад
Но из тех, кто попадал туда, еще никто не возвращался назад

Так что нет причин плакать, нет повода для грустных дум
Теперь нас может спасти только сердце, потому что нас уже не спас ум.
А сердцу нужны и небо и корни, оно не может жить в пустоте
Как сказал один мальчик, случайно бывший при этом, отныне все мы будем не те.

«На что я смотрю?
На тополя под моим окном
Все меньше листьев, скоро будет зима.
Но даже если
Зима будет долгой,
Едва ли она будет вечной.

Ну, а тем временем
Что же нам делать с такой бедой?
Какая роль здесь положена мне?
Для тех кто придет ко мне -
Чайник держать на огне
И молча писать
Письма с границы между светом и тенью.

Мы движемся медленно,
Но движемся наверняка,
Меняя пространство наощупь.
От самой низкой границы
До самой вершины холма
Я знаю все собственным телом.

Никто не пройдет за нас
По этой черте.
Никто не сможет сказать,
Что здесь есть.
Но каждый юный географ
Скоро сможет об этом прочесть
В полном собрании
Писем с границы между светом и тенью»

БГ

 

 

НА ЧТО Я СМОТРЮ...

и ракушки, которые не вошли в предыдущий пост... Для вдохновения... и «моё ощущенье, что это просто мой метод любви»...

МНОГО РАКУШИЕК ВСЯКИХ И РАЗНЫХ)))

«Она открывает окно,
Под снегом не видно крыш.
Она говорит: "Ты помнишь, ты думал,
Что снег состоит из молекул?"
Дракон приземлился на поле -
Поздно считать, что ты спишь,
Хотя сон был свойственным этому веку.
Но время сомнений прошло, уже раздвинут камыш;
Благоприятен брод через великую реку.
А вода продолжает течь
Под мостом Мирабо;
Но что нам с того?
Это
Дело мастера Бо.

У тебя есть большие друзья,
Они снимут тебя в кино.
Ты лежишь в своей ванной,
Как среднее между Маратом и Архимедом.
Они звонят тебе в дверь - однако входят в окно,
И кто-то чужой рвется за ними следом...
Они съедят твою плоть, как хлеб,
И выпьют кровь, как вино;
И взяв три рубля на такси,
Они отправятся к новым победам;
А вода продолжает течь
Под мостом Мирабо;
Но что нам с того -
Это дело мастера Бо.

И вот - Рождество опять
Застало тебя врасплох.
А любовь для тебя - иностранный язык,
И в воздухе запах газа.
Естественный шок,
Это с нервов спадает мох;
И вопрос: "Отчего мы не жили так сразу?"
Но кто мог знать, что он провод, пока не включили ток?
Наступает эпоха интернационального джаза;
А вода продолжает течь
Под мостом Мирабо;
Теперь ты узнал,
Что ты всегда был мастером Бо;
А любовь - как метод вернуться домой;
Любовь - это дело мастера Бо...»

БГ

такое впечатление, что всё...

«Мне кажется, нам не уйти далеко,
Похоже, что мы взаперти.
У каждого есть свой город и дом,
И мы пойманы в этой сети;
И там, где я пел, ты не больше, чем гость,
Хотя я пел не для них.
Но мы станем такими, какими они видят нас -
Ты вернешься домой,
И я - домой,
И все при своих»

только что посмотрел передачу про русский рок, и заностальгировал... и ещё понял, что я благодарен. Благодарен тому, что родился именно когда родился, и благодарен что родился, где родился, потому что это дало мне возможность узнать Цоя, Бутусова, Бориса Гребенщикова... Что дало возможность пожить в режиме и увидеть его падение, дало возможность креститься в семь лет, дало возможность бояться войны, дало возможность читать бумажные книги вместо электронных, дало возможность искать и мне хочется верить, что даст возможность завершить поиск.

Сейчас из всех я слушаю только БГ, потому что видимо мне созвучен, и каждый его новый альбом отражает перемены, которые происходят во мне, он текуч, он отказался от протеста, он пошёл дальше. По крайней мере мне так кажется. Для меня он не кумир, и не мужчина моей мечты, я долго не решался пойти на его живой концерт, мне не интересна его личная жизнь, его привычки, переезды и прочее. Для меня он — Будда, который поёт. Символ трансформации, «метод вернуться домой»...

«Сегодня самый замечательный день
О нем написано в тысяче книг
Слева небеса, справа пустота
А я иду по проволоке между них

Спетое вчера осталось вчера
В белой тишине белые поля
Нечего желать, и некем больше быть
Здравствуй, это я.

Господи, я Твой, я ничей другой;
Кроме Тебя, здесь никого нет.
Пусть они берут все, что хотят
А я хочу к Тебе - туда, где Свет»

Пы.Сы. надо бы последний альбом раздобыть)))

«Пограничный Господь стучится мне в дверь,
Звеня бороды своей льдом.
Он пьет мой портвейн и смеется,
Так сделал бы я;
А потом, словно дьявол с серебряным ртом,
Он диктует строку за строкой,
И когда мне становится страшно писать,
Говорит, что строка моя;

Он похож на меня, как две капли воды,
Нас путают, глядя в лицо.
Разве только на мне есть кольцо,
А он без колец,
И обычно я - ни то и ни се,
Но порой я кажусь святым;
А он выглядит чертом, хотя он Господь,
Но нас ждет один конец;

Так как есть две земли, и у них никогда
Не бывало общих границ,
И узнавший путь
Кому-то обязан молчать.
Так что в лучших книгах всегда нет имен,
А в лучших картинах - лиц,
Чтобы сельские леди и джентльмены
Продолжали свой утренний чай.

Та, кого я считаю своей женой -
Дай ей, Господи, лучших дней,
Для нее он страшнее чумы,
Таков уж наш брак.
Но ее сестра за зеркальным стеклом
С него не спускает глаз,
И я знаю, что если бы я был не здесь,
Дело было б совсем не так;

Ах, я знаю, что было бы, будь он как я,
Но я человек, у меня есть семья,
А он - Господь, он глядит сквозь нее,
И он глядит сквозь меня;

Так как есть две земли, и у них никогда
Не бывало общих границ,
И узнавший путь
Кому-то обязан молчать.
Так что в лучших книгах всегда нет имен,
А в лучших картинах - лиц,
Чтобы сельские леди и джентльмены
Продолжали свой утренний чай»

БГ

«Луна, успокой меня.
Луна успокой меня - мне нужен твой свет.
Напои меня чем хочешь, но напои.
Я забытый связной в доме чужой любви.
Я потерял связь с миром, которого нет.

На Севере дождь, на Юге - белым бело.
Подо мной нет дна, надо мной стекло;
Я иду по льду последней реки,
Оба берега одинаково далеки
Я не помню, как петь; у меня не осталось слов.

Луна, я знаю тебя; я знаю твои корабли.
С тобой легко, с тобой не нужно касаться земли:
Все, что я знал; все, чего я хотел -
Растоптанный кокон, когда мотылек взлетел.
Те, кто знают, о чем я - те навсегда одни»

БГ